В феврале «Актобе» покинул человек, который 10 лет приносил пользу команде и помогал завоёвывать трофеи. Единственный местный воспитанник, который несколько лет защищает цвета национальной сборной по футболу. Один из лучших защитников в стране. Завеса, которая скрывала причины ухода Юрия Логвиненко из клуба, немного приоткрывается в этом интервью.
— Юра, давай начнем по порядку. С ноября. У тебя был действующий контракт, и ты ушел в отпуск.
— Хорошо. После окончания неоднозначного сезона у меня была свадьба. Затем я уехал отдыхать. Вернувшись в Актобе, понял, что команда строится абсолютно новая, и мне в ней место вряд ли найдется. Еще перед отпуском руководство на собрании объявило, что многие игроки выставлены на трансфер. Тогда тревог особых не было. Уходить никуда не собирался. Ждал обновления, но не думал, что все будет проходить так радикально. В середине декабря меня вызвал гендиректор Васильев. Он огласил новую политику клуба, предложил разорвать контракт и искать другой клуб. Ранее мой агент сообщал мне об интересе нескольких зарубежных клубов, и после разговора с гендиректором мы заинтересовались этим вопросом. Я давно хотел попробовать себя на другом уровне. Нам дали время до конца января. Я думаю, Васильев меня бы не оставил в команде. Он никого не хотел оставлять из прошлого состава, считая всех переоцененными активами. Если честно, это было очень неприятно. Ведь многие из этих футболистов ковали победы и делали славное имя «Актобе». И лишь после того, как пошло возмущение болельщиков в истории с Сэмом, он решил пойти и на разговор со мной. К тому времени я уже был настроен уехать в другой клуб.
— Почему тогда ты поехал в Турцию с клубом?
— Так как у меня был действующий контракт, я отправился на сборы с «Актобе». А еще я поехал по просьбе Васильева. Поехал, чтобы увидеть комплектование команды. Ведь договора, подписанного с другим клубом, еще не было, и я мог все-таки остаться в родной команде. Пришел бы, допустим, Муханов в команду, и я убежден, он смог бы с таким бюджетом создать боеспособный коллектив, способный биться за самые высокие места. Я думал, что есть шансы собрать хорошую команду. Васильев обещал золотые горы: качественное усиление легионерами и местными игроками и много чего еще. Это было заманчиво и интересно. Я поверил.
— После сборов ты решил уйти из команды. Почему?
— Скажу так, сборы меня разочаровали. Складывалось ощущение, что те, кто комплектуют команду, абсолютно не знакомы с уровнем КПЛ. Было ощущение, что команду убивают. Я не захотел принимать участие и помогать в этом. Я увидел, что с таким отношением нереально добиваться чего-то серьезного, выполнять поставленные высокие цели. Я думал, что мой уход станет протестом. И, возможно, что-либо изменит. А оказалось все наоборот. Я оказался в опале у болельщиков.
— Гендиректор говорил, что клуб принимал беспрецедентные усилия, чтобы тебя оставить. Он показывал сообщение, адресованное тебе, с цифрами контракта.
— Он много чего говорит и обещает. Просто часто дела расходятся со словами. Сегодня говорит одно, завтра другое. Что касается данного вопроса, да, сообщение такое было. Оно пришло 4 февраля, уже после принятия решения и никак не повлияло на него. Я на это сообщение и не отвечал.
— Обсуждал ли он лично с тобой 1-2 февраля условия контракта, и была ли у тебя встреча с руководителем облспорта Махановым?
— Нет. Лично с Васильевым я не обсуждал финансовые вопросы. А с Махановым я не виделся вообще.
— Ты ушел за деньгами? Погнался за длинным рублем?
— Ответственно говорю, что нет. У меня был действующий контракт с хорошими условиями. Если бы меня интересовали только деньги, то я остался бы получать зар*плату. Я расторг контракт и не просил ни копейки за месяцы вперед. При этом клуб со мной до сих пор не рассчитался за прошлый год.
— Тебе предложили намного больше в Астане?
— Точно нет. Дело не в деньгах. Абсолютно. Повторюсь, при Муханове я готов был бы играть и за сумму в разы меньше той, что мне предлагали. Чтобы поддержать клуб. Деньги решают не все.
— Юра, насколько сильно на тебя влияет агент?
— Он предлагает варианты, а я принимаю решения.
— Когда все в команде было хорошо, Юра был с ней. Как только стало плохо, сразу же ушел, предал. Это мнение болельщиков.
— А разве всегда в команде было хорошо? Вспомни начало десятых годов. Тоже плохо играли, шли в середине. Только последние матчи решали судьбу медалей. Разве это было хорошо? Но тогда у руля стоял Муханов, и, думаю, во многом благодаря ему держался коллектив. Под него шли игроки. Приди он сейчас, многие пацаны пошли бы на понижение контрактов, и команда продолжила бы биться за медали. От руководителя очень многое зависит. В «Актобе» всегда был отличный коллектив. Попасть в нашу команду считалось почетным для любого игрока. Почетно и очень трудно. А сейчас опустили планку. Ощущение, что команда подбиралась по остаточному принципу. Набирали игроков из дублей команд, из чемпионата города. Болельщики тоже разные: есть истинные болельщики, как «13 сектор» например, и многие другие. А есть единицы, которые только умеют сидеть за компьютером и сочинять небылицы, не обладая никакой информацией. Они поддерживают, когда все хорошо, и выливают грязь, когда плохо. Есть люди, которые в глаза говорят одно, а за спиной совсем другое.
— Юра, ты знал, что «Астана» наш принципиальный соперник и для болельщиков главный враг. Почему именно туда?
— Вот смотри. Я в течение 10 лет вместе с командой боролся только за призовые места. Есть определенный уровень личных амбиций. К тому же в разное время список принципиальных соперников всегда менялся. «Кайрат», «Тобол», «Астана» — далеко не весь перечень. Куда мне надо было идти, в команды, которые не ставят высоких целей? Тогда какой смысл был бы от такого перехода? Хочу проверить свой уровень. Я подписал контракт на год, чтобы остаться в хорошей форме, не потерять место в сборной, добиваться прогресса в игре. Участие в Лиге чемпионов тоже можно отнести к важнейшему фактору. Прогрессировать можно только в условиях конкуренции. Если бы я остался в «Актобе» или перешел в менее амбициозный клуб, возможно, моя карьера пошла бы под откос.
— Насколько быстро может футболист потерять квалификацию?
— В спорте это очень быстро происходит. Если ты сегодня остановился, завтра ты никому не нужен. Футбол — командная игра. За год можно потерять как место в сборной, так и многие свои навыки.
— Но ведь ты стал для многих предателем.
— Я сожалею, но я не считаю себя предателем. Я отдал огромную часть профессиональной жизни родному клубу и всегда все делал ради него. Но наступил момент, и я сделал свой выбор, а не стал слушать человека, который пришел непонятно откуда и начал навязывать всем свое мнение и правила жизни. При том, что он сам еще ничего не сделал во благо клуба.
— Как воспринял свист в свой адрес?
— Мне было обидно, когда меня освистали, но я также понимаю, что многие, не зная полной информации, поддались на пропаганду подконтрольной группы.
— Болельщики разных клубов враги между собой. Враги ли футболисты противоположных команд?
— Тут есть еще одно различие между восприятием болельщиков и восприятием игроков. Футболисты разных команд соперничают только на поле. Там борьба, стычки, драки. То, что происходит после матча, остается вне поля зрения болельщиков. Жаль, но многие о другой стороне не знают. Может, потому и идет такой негатив. А вне поля мы часто встречаемся, обсуждаем матчи, дружим семьями. Живем обычной жизнью.
— Можно ли ждать тебя опять в Актобе?
— Конечно. Это мой родной город и родной клуб. Я обязательно вернусь, но не при этом руководстве клуба.
— Юра, давай начнем по порядку. С ноября. У тебя был действующий контракт, и ты ушел в отпуск.
— Хорошо. После окончания неоднозначного сезона у меня была свадьба. Затем я уехал отдыхать. Вернувшись в Актобе, понял, что команда строится абсолютно новая, и мне в ней место вряд ли найдется. Еще перед отпуском руководство на собрании объявило, что многие игроки выставлены на трансфер. Тогда тревог особых не было. Уходить никуда не собирался. Ждал обновления, но не думал, что все будет проходить так радикально. В середине декабря меня вызвал гендиректор Васильев. Он огласил новую политику клуба, предложил разорвать контракт и искать другой клуб. Ранее мой агент сообщал мне об интересе нескольких зарубежных клубов, и после разговора с гендиректором мы заинтересовались этим вопросом. Я давно хотел попробовать себя на другом уровне. Нам дали время до конца января. Я думаю, Васильев меня бы не оставил в команде. Он никого не хотел оставлять из прошлого состава, считая всех переоцененными активами. Если честно, это было очень неприятно. Ведь многие из этих футболистов ковали победы и делали славное имя «Актобе». И лишь после того, как пошло возмущение болельщиков в истории с Сэмом, он решил пойти и на разговор со мной. К тому времени я уже был настроен уехать в другой клуб.
— Почему тогда ты поехал в Турцию с клубом?
— Так как у меня был действующий контракт, я отправился на сборы с «Актобе». А еще я поехал по просьбе Васильева. Поехал, чтобы увидеть комплектование команды. Ведь договора, подписанного с другим клубом, еще не было, и я мог все-таки остаться в родной команде. Пришел бы, допустим, Муханов в команду, и я убежден, он смог бы с таким бюджетом создать боеспособный коллектив, способный биться за самые высокие места. Я думал, что есть шансы собрать хорошую команду. Васильев обещал золотые горы: качественное усиление легионерами и местными игроками и много чего еще. Это было заманчиво и интересно. Я поверил.
— После сборов ты решил уйти из команды. Почему?
— Скажу так, сборы меня разочаровали. Складывалось ощущение, что те, кто комплектуют команду, абсолютно не знакомы с уровнем КПЛ. Было ощущение, что команду убивают. Я не захотел принимать участие и помогать в этом. Я увидел, что с таким отношением нереально добиваться чего-то серьезного, выполнять поставленные высокие цели. Я думал, что мой уход станет протестом. И, возможно, что-либо изменит. А оказалось все наоборот. Я оказался в опале у болельщиков.
— Гендиректор говорил, что клуб принимал беспрецедентные усилия, чтобы тебя оставить. Он показывал сообщение, адресованное тебе, с цифрами контракта.
— Он много чего говорит и обещает. Просто часто дела расходятся со словами. Сегодня говорит одно, завтра другое. Что касается данного вопроса, да, сообщение такое было. Оно пришло 4 февраля, уже после принятия решения и никак не повлияло на него. Я на это сообщение и не отвечал.
— Обсуждал ли он лично с тобой 1-2 февраля условия контракта, и была ли у тебя встреча с руководителем облспорта Махановым?
— Нет. Лично с Васильевым я не обсуждал финансовые вопросы. А с Махановым я не виделся вообще.
— Ты ушел за деньгами? Погнался за длинным рублем?
— Ответственно говорю, что нет. У меня был действующий контракт с хорошими условиями. Если бы меня интересовали только деньги, то я остался бы получать зар*плату. Я расторг контракт и не просил ни копейки за месяцы вперед. При этом клуб со мной до сих пор не рассчитался за прошлый год.
— Тебе предложили намного больше в Астане?
— Точно нет. Дело не в деньгах. Абсолютно. Повторюсь, при Муханове я готов был бы играть и за сумму в разы меньше той, что мне предлагали. Чтобы поддержать клуб. Деньги решают не все.
— Юра, насколько сильно на тебя влияет агент?
— Он предлагает варианты, а я принимаю решения.
— Когда все в команде было хорошо, Юра был с ней. Как только стало плохо, сразу же ушел, предал. Это мнение болельщиков.
— А разве всегда в команде было хорошо? Вспомни начало десятых годов. Тоже плохо играли, шли в середине. Только последние матчи решали судьбу медалей. Разве это было хорошо? Но тогда у руля стоял Муханов, и, думаю, во многом благодаря ему держался коллектив. Под него шли игроки. Приди он сейчас, многие пацаны пошли бы на понижение контрактов, и команда продолжила бы биться за медали. От руководителя очень многое зависит. В «Актобе» всегда был отличный коллектив. Попасть в нашу команду считалось почетным для любого игрока. Почетно и очень трудно. А сейчас опустили планку. Ощущение, что команда подбиралась по остаточному принципу. Набирали игроков из дублей команд, из чемпионата города. Болельщики тоже разные: есть истинные болельщики, как «13 сектор» например, и многие другие. А есть единицы, которые только умеют сидеть за компьютером и сочинять небылицы, не обладая никакой информацией. Они поддерживают, когда все хорошо, и выливают грязь, когда плохо. Есть люди, которые в глаза говорят одно, а за спиной совсем другое.
— Юра, ты знал, что «Астана» наш принципиальный соперник и для болельщиков главный враг. Почему именно туда?
— Вот смотри. Я в течение 10 лет вместе с командой боролся только за призовые места. Есть определенный уровень личных амбиций. К тому же в разное время список принципиальных соперников всегда менялся. «Кайрат», «Тобол», «Астана» — далеко не весь перечень. Куда мне надо было идти, в команды, которые не ставят высоких целей? Тогда какой смысл был бы от такого перехода? Хочу проверить свой уровень. Я подписал контракт на год, чтобы остаться в хорошей форме, не потерять место в сборной, добиваться прогресса в игре. Участие в Лиге чемпионов тоже можно отнести к важнейшему фактору. Прогрессировать можно только в условиях конкуренции. Если бы я остался в «Актобе» или перешел в менее амбициозный клуб, возможно, моя карьера пошла бы под откос.
— Насколько быстро может футболист потерять квалификацию?
— В спорте это очень быстро происходит. Если ты сегодня остановился, завтра ты никому не нужен. Футбол — командная игра. За год можно потерять как место в сборной, так и многие свои навыки.
— Но ведь ты стал для многих предателем.
— Я сожалею, но я не считаю себя предателем. Я отдал огромную часть профессиональной жизни родному клубу и всегда все делал ради него. Но наступил момент, и я сделал свой выбор, а не стал слушать человека, который пришел непонятно откуда и начал навязывать всем свое мнение и правила жизни. При том, что он сам еще ничего не сделал во благо клуба.
— Как воспринял свист в свой адрес?
— Мне было обидно, когда меня освистали, но я также понимаю, что многие, не зная полной информации, поддались на пропаганду подконтрольной группы.
— Болельщики разных клубов враги между собой. Враги ли футболисты противоположных команд?
— Тут есть еще одно различие между восприятием болельщиков и восприятием игроков. Футболисты разных команд соперничают только на поле. Там борьба, стычки, драки. То, что происходит после матча, остается вне поля зрения болельщиков. Жаль, но многие о другой стороне не знают. Может, потому и идет такой негатив. А вне поля мы часто встречаемся, обсуждаем матчи, дружим семьями. Живем обычной жизнью.
— Можно ли ждать тебя опять в Актобе?
— Конечно. Это мой родной город и родной клуб. Я обязательно вернусь, но не при этом руководстве клуба.